Банк ВТБ24 Курск  

Эрмитаж обокрал физкультурник

- 11.08.2006, 00.00 - Ирина Петракова
Задержан предполагаемый организатор хищений из Эрмитажа – бывший сотрудник университета физкультуры Санкт-Петербурга и друг семьи Завадских. Еще в конце 80-х годов он якобы предложил хранительнице музея способ заработка, обещая, что о хищениях никто не узнает.

В деле о хищениях из Эрмитажа появился новый подозреваемый. По данным правоохранительных органов, 38-летний бывший сотрудник госуниверситета физкультуры имени Лесгафта был задержан в четверг в одном из районов Ленинградской области. Как стало известно, это знакомый семьи Завадских по фамилии Соболев. По данным правоохранителей, подозреваемый, узнав о раскрывшихся фактах хищений, сбежал из города и в течение шести дней скрывался на территории области. Однако оперативники сумели вычислить его адрес и задержали. Следователи считают его организатором хищений, который и подбил семью Завадских на кражи.

На допросах арестованный по этому делу муж хранительницы фонда «Русская культура» 54-летний Николай Завадский рассказал, что первым, кто предложил семье выносить из Эрмитажа экспонаты, был его знакомый из института – преподаватель Соболев.

По данным источников, близких к следствию, Соболев и Завадский были хорошими приятелями, часто ходили друг к другу в гости, да и жили рядом на Каменноостровском проспекте, а по вечерам выходили вместе на прогулки. Как заявил арестованный, именно Соболев сначала долго уговаривал Завадского-старшего красть экспонаты, а затем, когда тот отказался, начал склонять к хищениям его жену, 46-летнюю Ларису Завадскую. Помимо нее доступ к хранилищу имели еще два человека – 79-летняя сотрудница музея (сейчас она в больнице) и главный хранитель фонда. Друг семьи заявлял, что готов сбывать предметы в Москве, и гарантировал, что о кражах никто не узнает.

По словам арестованного, в 1987 году Лариса Завадская сообщила мужу, что согласилась на схему хищений. Правда, как заявил вдовец, крупных ценностей из хранилища они не брали. Завадская не хотела наносить серьезный ущерб музею, где проработала около 20 лет, 15 из которых – в хранилище. А кроме того, исчезновение старинных икон и церковных чаш могло вскрыться.

Хранительница передавала серебряные ложки и сахарницы мужу, а тот относил их в ломбарды. Как сообщила адвокат арестованного Людмила Михайлова, ее клиент подтверждает, что сбыл в ломбарды 53 экспоната. Предметы он относил в ломбарды «Антикс» на улице Ленина и Владимирском проспекте, стараясь не оформлять квитанций. Николай Завадский оформил явку с повинной и сообщил следователям, что сможет опознать все экспонаты из списка похищенных, к сбыту которых он имел отношение.

По его словам, в 1998 году Завадские разошлись с Соболевым: им показалось, что приятель недоплачивает за проданные из Эрмитажа предметы, сообщил источник, близкий к следствию.

Действительно, семья жила довольно бедно – Завадские занимали две комнаты в коммунальной квартире, а деньги, которые они выручали с продажи предметов, уходили на еду и одежду. Как рассказала ранее Людмила Михайлова, «ничего ценного семья не нажила». Завадский даже брал кредит для покупки «Мерседеса» десятилетней давности и преподавал в двух вузах – университете имени Лесгафта и Институте бизнеса и права Санкт-Петербурга.

По данным следствия, после разрыва с Соболевым тот уволился из университета физкультуры, и больше Завадский о нем ничего не знал, рассказал он на допросах. После этого, по некоторым данным, хищений больше не было. Однако в 2005 году, по словам арестованного, в ходе проверки стало известно, что всего из фонда пропало не 53 экспоната, а более 200.

При этом защитники обвиняемого не исключают, что помимо Завадских к кражам из фонда могли быть причастны и другие лица.

Именно это и могло вызвать скоропостижную смерть Ларисы Завадской, полагает вдовец.

В то же время подозрения в адрес сына, 25-летнего Николая Завадского-младшего, работавшего в музее экспедитором с 1998 по 2004 год, отец категорически отрицает. По его словам, родители скрывали от сына, откуда в семье появлялись деньги.

Пока обвинение Николаю Завадскому-младшему не предъявлено. Суд санкционировал его арест 7 августа, и судьба молодого человека, работающего таможенным брокером, а сейчас экспедитором ООО «Меридиан», должна решиться на следующей неделе. Адвокат арестованного пока никак не комментирует его дело.

В свою очередь защитник четвертого фигуранта дела, известного в Санкт-Петербурге антиквара 38-летнего Максима Шепеля, подал запрос в управление ФСИН и тюремную больницу имени Гааза, где уже три дня находится его подзащитный. Первоначально некоторые СМИ со ссылкой на источники в правоохранительных органах называли именно Шепеля организатором хищений. Однако никаких обвинений ему не предъявлено. Кроме того, Шепель, а затем его адвокаты утверждали, что серебряный потир, который он продал в один из московских антикварных салонов за $3 тыс. в апреле 2004 года, был куплен им в ломбарде на улице Ленина в Санкт-Петербурге – том самом, куда якобы сбывал предметы Николай Завадский. Правда, квитанции из ломбарда у Шепеля не сохранилось.

Как сообщил адвокат Андрей Павлов, в среду антиквар был помещен из изолятора ИЗ 47/4 на улице Академика Лебедева (один из корпусов «Крестов») в больницу имени Гааза. «У него тяжелейшая травма глаза, он может лишиться зрения, – заявил адвокат. – Кроме того, он помещен в психоневрологическое отделение в реактивном состоянии». О происхождении травмы адвокату пока ничего не известно. На следующей неделе он должен получить ответы на свои запросы у медиков и сотрудников службы исполнения наказаний.

Официальные представители УФСИН заявляют, что травму Шепель нанес себе сам, впав в реактивное состояние из-за своего ареста.

«Каким образом они могли это узнать, непонятно, – говорит адвокат. – Он (Максим Шепель) ничего не говорит, и его состояние здоровья остается без изменений до сих пор». Врачи пока не пускают к пострадавшему посетителей, поскольку, по словам медиков, Шепель сейчас «не контактен».
Нашли ошибку? Выделите ее и нажмите Ctrl+Enter