Сергей Обозов: Мы встряхнем всю страну

- 19.02.2007, 00.00 - Катерина Романова
Темпы роста потребления электроэнергии, которые были предусмотрены Энергетической стратегией России на период до 2020 года, в настоящее время в среднем по стране выше на 50 процентов, а в отдельных наиболее динамично развивающихся регионах в несколько раз превышают запланированные. Ситуация может привести к тому, что недостаток мощностей электроэнергетики может сдерживать экономическое развитие регионов и всей страны в целом. Не секрет, основным условием устойчивого экономического роста и повышения качества жизни населения является стабильное и гарантированное обеспечение экономики страны энергоресурсами. Развитие атомной энергетики играет в этом отношении принципиальную роль. На эту тему корреспонденты KURSKCiTY.RU побеседовали с генеральным директором концерна «Росэнергоатом» Сергеем Обозовым.

- Сергей Александрович, что глобально представляет собой Концерн «Росэнергоатом»?

- У нас сегодня 10 атомный станций, 31 энергоблок. Чтобы было понимание, например, в США сегодня 104 энергоблока, то есть в три раза больше, во Франции – 59, в Японии – 54. Всего в мире – 440. Так что мы в этом плане пока не самые выдающиеся. Наш 51 турбогенератор вырабатывает практически 60% электроэнергии России. Это примерно соответствует доле атомной энергетики в выработке электроэнергии в целом по миру, то есть в мире сегодня в среднем атомная энергетика вырабатывает 17%. Но, конечно, если говорить по отдельным странам, то, например, во Франции – это 78%. У нас цифры вот такие. Планы – выйти к 2015 году на 20% - 25%, хотя дискуссия на сегодня пока еще идет.

На 10 станциях работает почти 43 тыс. человек. Средний возраст где-то 42 года, у руководителей и высшего менеджмента возраст немного побольше – где-то под 50 лет.

Состав энергомощностей Концерна - 31 энергоблок по типам генерации. 15 энергоблоков – водо-водяные. Это означает 440 тыс. мегаватт мощности. Почему водо-водяные? Потому что и замедлитель, и теплоноситель водяные. То есть и в первом, и во втором контуре – вода. 11 энергоблоков с реактором типа РБМК – реактор большой мощности канальный. То есть в нем – каналы. ВВЭРы Курчатов называл котлами, корпуса реактора Курчатов называл котлами. 4 энергоблока на Билибинской станции – водо-графитовые. И один энергоблок – это наше будущее, начало нашего будущего – БН-600.

- А чем отличаются эти энергоблоки?

- Чтобы вам было понятно, эти реакторы серьезно отличаются по обогащению, по 235 урану. Принципиально. Я думаю, коллеги вам могут подробнее сказать. Я только вам скажу, что в ВВЭРах обогащение составляет где-то от 1,6% до 5% по 235 урану, на РБМК – 3%, а на реакторе с быстрыми нейтронами – 27%. Запомните эти цифры для себя. Предельное значение степени обогащения урана, установленное МАГАТЭ, для невоенных целей – 20%, то есть у нас превышает это значение и мы его перенести за рубеж в таком виде не можем.

К сведению, на плавучей атомной станции, которую мы начинаем строить, обогащение будет где-то в среднем 19,5%. То есть на грани допустимого значения, позволяющего ее в будущем экспортировать. Так, для общего развития: на атомных подводных лодках обогащение – 70%, а на атомных ледоколах – 46%. Чтобы понимали. Конечно, уровень обогащения влияет на все, на экономику в том числе. Поэтому мы на «плавучке» делаем под грань – 19,5%, чтобы экономика шла, и чтобы при этом можно было экспортировать.

- И как успехи?

- В прошлом году у нас была самая большая выработка за всю историю «Росэнергоатома». 154,65 – рекорд за 14 лет. То есть, мы в тяжелое для страны время миллиарды киловатт-часов выработали – максимальное количество электроэнергии, и очень этим гордимся. Кроме того, есть коэффициент использования установленной мощности – для атомной станции, это является важнейшим показателем работы. Он у нас в этом году второй за 14 лет. Лучший был в 2003 – 76,3%. Мы сумели использовать 76% своей мощности. Но мы в 2007 году хотим выйти на 76,4% минимум, что станет лучшим результатом за все 14 лет работы «Росэнергоатома». Вот такие амбициозные задачи мы перед собой ставим.

- К слову об амбициях. В октябре 2006 года правительство утвердило федеральную целевую программу по развитию атомной энергетики. Как будете работать?

- Это программа президента. Сейчас мы на двух площадках. В 2007 году мы будем уже на четырех. В 2008 – на 6, в 2009 – на 9 площадках одновременного строительства атомных станций. А дальше, в 2010 – 2011 годы, я уже не заглядываю, там будет еще увеличиваться.

Посмотрим на финансовую картину - если мы в этом году освоили почти 8 млрд., то в следующем году надо освоить чуть ли не в четыре раза больше. По количеству людей на площадках, рост с 5,5 тыс. до более 50 тыс., то есть увеличение почти в 10 раз. Вообще, я вам скажу честно, мы пока этого не понимаем, но мы встряхнем всю страну. И я не знаю, какая еще программа (а я очень много раньше занимался программой и владею ситуацией по судостроению, по авиастроению, по автомобилестроению), ни одна из металлоемких, с большим количеством переделов отраслей страны ничего подобного в ближайшие годы не выдаст. Именно на атомную энергетику ляжет миссия встряхнуть всю страну и поставить всех на уши: и машиностроение, и строительный комплекс. Это, на самом деле, так. Просто мы пока рассуждаем об этом теоретически. Но на практике начинаем реанимировать каждый завод, каждую строительную организацию, у которых еще с прошлых лет остались имена, и еще где-то на втором-третьем уровне остались кадры, которые когда-то совершали те подвиги, которые и нам предстоит совершить.

- А сколько стоит новый энергоблок?

- 52 млрд., примерно 60% стоимости приходится на машиностроение. Причем должен быть особый подход по отношению к изделиям с длительным циклом изготовления. Нам нужно здесь будет скоординировать свою работу со «Стройэкспортом», который является заказчиком строительства атомных электростанций за рубежом. Нам, например, по программе до 2020 года нужно будет 17 комплектов. То есть это полностью корпус реактора, парогенераторы, турбины, генератор - это есть продукция с длинным циклом изготовления. Минимум, 17 комплектов. И Сергею Ивановичу Шматко – «Атомстройэкспорт» по декларациям, по протоколам, которые они подписали вместе с Сергеем Владиленовичем на пике всех этих переговоров за рубежом, где-то у них уже 13 – 15 комплектов. То есть 30 комплектов за эти годы – это фантасмагория. Это полностью подтверждает тезис, который я озвучил две минуты назад. Представляете, какие это деньги для машиностроения!

- Это одна сторона вопроса. Но с другой стороны не проще ли поддерживать действующие энергоблоки?

- Безусловно, несмотря на то, что строить – это хорошо, надо продлевать работу действующих энергоблоков. Потому что это правильно, потому что это дает хорошую экономику, потому что это совершенно не вредит с точки зрения безопасности. К примеру, удельные затраты на один киловатт в долларах на строящихся блоках –$1200 хотелось бы, но я думаю, что это будет $1600 – 1800. А на продление энергоблока –$120 за киловатт, $260 за киловатт. То есть в 8 – 9 раз дешевле. А стране нужна электроэнергия. Многие горячие головы сегодня кричат, что давайте не будем продлевать, давайте сразу строить новые блоки. Смысл? Все, кто работает на станциях, говорят, что сегодня блок находится в лучшем состоянии, чем, когда 30 лет назад его запускали. Потому что все оборудование, особенно после Чернобыля, который был 20 лет назад, заменено, все модернизировано, стоит совершенно новый блок. Там единственная позиция, которая не заменяемая, – это сам корпус реактора и, наверное, трубопроводы первого контура. Поэтому именно по ним ориентируются службы ГАНа, которые выдают нам лицензию о продлении. Потому что все остальное оборудование вообще можно постоянно менять, это как вечный двигатель. Хотя, конечно, по корпусу все равно есть какой-то срок. Но хочу вас уверить, что все под контролем, постоянно делаются тесты и сравниваются с эталонами.

- Однако вокруг аварии на Чернобыле было много разговоров об опасности АЭС. Эти разговоры не умолкают до сих пор. Насколько все же безопасна выработка атомной энергии?

- Мы все три года проработали без нарушений, выше нулевого уровня по международной шкале ядерных событий. Для понимания, их всего 7 таких уровней. Нулевой уровень обозначает несущественные отклонения для безопасности. Первый называется «аномалии». Второй – «инцидент». Третий – «серьезный инцидент». Четвертый, пятый, шестой, седьмой – «аварии разной степени тяжести». Чернобыльская была пятым уровнем. К сведению, недавняя ситуация на Балаковской станции, искусственно придуманная, даже в ноль не входит. Это вообще не нарушение. Это просто, к разговору о роли информационного пространства. Обычная рабочая ситуация.

К безопасности в атомной энергетике, как к высшему приоритету никакого послабления быть не может. Мы работаем пока на энергоблоках второго-третьего поколения: там человеческий фактор все равно присутствует. Например, на Балаковке человек принял решение – взял и остановил энергоблок, потому что по регламенту положено. Мог этого не сделать, но сделал, потому что регламент его заставляет это делать. Поэтому человеческому фактору в нашей компании уделяется особое внимание. Мы считаем, что это наш главный ресурс. Мы растим лидеров внутри. Мы ищем их вовне. Люди – наша главная задача. Поэтому у нас очень мощные социальные программы. То есть, безопасность – высший приоритет, и это не обсуждается. Термин «культура безопасности» – это как миссия в японских компаниях, то есть превалирует над всем. И, как Отче наш, на станции – утром и вечером.
KURSKCiTY.RU в Telegram
Нашли ошибку? Выделите ее и нажмите Ctrl+Enter